|
ВОЗВРАЩЕНИЕ ГЕРОЕВ
Александр ДАНИЛОВ
27 апреля все выпуски теленовостей начинались с кадров из Эстонии, где демонтаж мемориала советским воинам в центре Таллинна вызвал волну протестных акций. Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека Нина Карпачева незамедлительно открыла производство, установив, что двое захороненных на площади Тынисмяги – родом с Полтавы. Широкая общественность узнала об этом из обращения к Омбудсману Эстонии Аллару Йиксу и к Министру иностранных дел Украины Арсению Яценюку. 3 июля на военном кладбище эстонской столицы состоялось перезахоронение останков советских воинов, погибших в борьбе с фашизмом. Были ли среди них украинцы? С этого вопроса начал беседу с Омбудсманом корреспондент «2000».
– Прах двух наших земляков – гвардии старшины медицинской службы, фельдшера дивизиона 40-го гвардейского минометного полка Елены Варшавской и гвардии старшего сержанта, командира орудия 26-го отдельного гвардейского тяжелого танкового полка Степана Хапикало в Таллинне перезахоронен не был: усилиями команды Уполномоченного по правам человека удалось разыскать родственников и сослуживцев погибших.
– Откуда появилась информация о том, что Елена Варшавская и Степан Хапикало – уроженцы Украины ? – На следующее утро после известных событий в Таллинне я задала себе вопрос: нет ли среди похороненных на площади Тынисмяги наших земляков? Поскольку потери Украины в той войне составляли не менее 25 процентов от общих потерь советских воинов, то такой вопрос был вполне логичен. Эстонцы даже не предполагали, что на Тынисмяги могут быть похоронены воины не только из России, но и других, теперь уже независимых государств. Просто Украину в расчет никто не брал. Я незамедлительно направила обращение к Омбудсману Эстонии с выражением своей позиции по таллиннским событиям, а также обратилась в Государственную межведомственную комиссию Украины по увековечению памяти жертв войны и политических репрессий, которая предоставила список двенадцати советских воинов, похороненных в Таллинне. Ответ подтвердил предположение Омбудсмана: в списке оказалось двое наших земляков-полтавчан. С этого началось специальное производство Омбудсмана Украины.
Мемориал освободителям или оккупантам?
– Нина Ивановна, почему именно институция Омбудсмана, а не другие организации занялись этой гуманитарной проблемой? – Уполномоченный по правам человека может начинать производство по обращениям граждан и по собственной инициативе, в том числе и по материалам СМИ. Министерство обороны никак не отреагировало на обнародованное в СМИ заявление Омбудсмана о том, что в Таллине обнаружены останки двух украинских солдат. Пришлось обратиться и к Президенту Украины. Совесть не позволила мне остаться безучастной к событиям в эстонской столице. И уже 29 апреля я обратилась с письмом к моему коллеге в этой балтийской стране Аллару Йиксу, в котором была выражена тревога по поводу происходящего. В открытом письме я заявила, что Эстония грубо нарушает Женевские конвенции 1949 года и Первый дополнительный протокол к ним. Этими нормами международного гуманитарного права предусматривается необходимость предупреждать все заинтересованные стороны за 5 лет о переносе останков. А эстонская сторона отвела на поиск родственников погибших меньше двух месяцев. Омбудсман Эстонии после моего письма обратился в МИД Эстонии, и только после этого МИД Эстонии направил ноту Посольству Украины такого содержания: просим не позднее 7 июня установить родственников Елены Варшавской и Степана Хапикало и подтвердить это соответствующими экспертизами. Иначе останки будут погребены в братской могиле на военном кладбище Таллинна. Только после этого Министерство иностранных дел Украины подключилось к нашему поиску. А после моей встречи с руководителем МИДа Арсением Яценюком удалось организовать четкую совместную работу.
– Как Вы, Уполномоченный по правам человека, оцениваете действия эстонских властей по демонтажу мемориала?
– С формальной точки зрения перенос памятника на территории любой страны – ее внутреннее дело. Однако в Таллинне потревожили прах воинов, а это противоречит названным Женевским конвенциям, стороной которых является Эстония. Эстонские власти явно торопились, снося памятник и проводя эксгумацию останков павших воинов. Причем не пригласили международных экспертов, в том числе российских и украинских.
– Как Вы думаете, почему так торопились эстонские власти?
– Не забывайте, это все происходило накануне Дня Великой Победы над фашизмом – 9 мая, что было еще одним вызовом тем, кому дорога память и историческая правда о Великой Отечественной войне. Последующие события показали, что не только ветераны, но и молодежь, не смирились с таким отношением к праху погибших. И поэтому площадь Тынисмяги в центре Таллинна превратилась в поле боя.
– Как реагировали правозащитники разных стран на таллиннские события?
– Одно из авторитетнейших международных правозащитных объединений – Международная Хельсинская Федерация по правам человека – осудила действия эстонских властей. Российские правозащитники тоже выступили с осуждением. А вот от украинских правозащитных организаций, в частности, от Украинского Хельсинского Союза и Харьковской правозащитной группы я не услышала ни одного голоса в защиту праха наших воинов, а также по поводу нарушений Женевских конвенций, не говоря уже о том, чтобы они подключились к поиску родственников наших земляков, павших в борьбе с фашизмом. Более того, некоторые их представители пытались оправдать действия эстонских властей.
– А что Вам известно о позиции эстонских властей в отношении тех, кто был похоронен в Таллинне?
– После моего запроса в МИД Украины, я получила ответ с материалами из Эстонии, в частности с Исторической справкой «Братская могила красноармейцев и памятник в Таллинне на Тынисмяги». Этот так называемый «исторический» документ подготовленный Эстонским целевым учреждением расследования преступлений против человечества по заказу Министерства иностранных дел Эстонии, унижает достоинство ветеранов войны, являясь еще одной попыткой пересмотра определенными силами результатов Великой Отечественной и Второй мировой войн. В этом «исследовании» освобождение Таллинна от фашистских захватчиков определяется как захват Таллинна, а второй раздел носит такое название: «Кто эти люди, похоронены на Тынисмяги и именуемые освободителями Таллинна». Я приведу только три фрагмента из этого пространного заказного исследования. «Поскольку в том, что касается количества и личностей погребенных, царит неясность, невозможно точно утверждать, кто из внесенных в список действительно похоронен на Тынисмяги. Можно задаться вопросами: не похоронены ли на Тынисмяги случайные люди, погибшие или убитые при захвате Таллинна, которым потом просто были присвоены имена?» «По одному утверждению, 25 сентября на Тынисмяги были похоронены три красноармейца, которые пытались украсть водку с алкогольного завода «Ливико» и которых расстреляли как мародеров. Однако основывающегося на фактах подтверждения этой легенды нет, как нет и объяснения тому, почему начальник полка должен был сам идти воровать водку, и почему труппы мародеров были доставлены в центр города? Материалы политотдела Эстонского стрелкового корпуса, которые частично освещают случаи мародерства, этого события не подтверждают». «Отдельная легенда связана и со смертью Елены Варшавской. Варшавская, по официальной версии, погибла у памятника «Русалке» в Таллинне. Боев там не было. По легенде, Варшавская была изнасилована и затем убита, однако доказательств этому нет». Такая вот гнусная фальсификация! Сегодня команда Омбудсмана доподлинно установила: Елена Варшавская геройски погибла на подступах к Таллинну, где и была похоронена однополчанами, в том числе ее мужем – гвардии лейтенантом Юрием Горбатым.
”Сегодня нужна другая музыка”– Чувствуется, о жизни Елены Варшавской Вы знаете уже немало ?– Да. Команде Омбудсмана удалось по крупицам восстановить биографию Елены Варшавской, а также разыскать ее родных и сослуживцев. В Полтавском областном архиве мы нашли уникальный документ – оригинал справки о ее рождении в Полтаве 3 января 1925 года. Елена Варшавская появилась на свет в семье творческих работников городского театра. Также как и мама, Елена мечтала стать виолончелисткой. Заметив успехи девочки в игре на этом инструменте, ее родители перебрались в Москву, где Лена поступила в Центральную музыкальную школу при Московской консерватории, а позже – в знаменитую Гнесинку. Выступления юной виолончелистки не раз отмечались в различных конкурсах. Самой ценной наградой для нее явилась эксклюзивная виолончель, изготовленная под руководством известного скрипичного мастера Витачека его талантливым учеником Ручкиным. Много лет спустя родители Лены, приехав в Таллинн на ее могилу, подарят эту знаменитую виолончель одному из лучших выпускников Таллиннской консерватории. Когда началась Великая Отечественная война и семью Варшавских отправили в эвакуацию, Елена на первой же станции сошла с поезда, оставив отцу записку со словами: «Папа, сегодня нужна другая музыка…». Ей было всего 16 лет. Позднее сам Моисей Варшавский ушел на фронт. Он остался жив, а двое его детей не вернулись с войны: Елена и ее брат Ким. За три месяца до этого, когда 40-й гвардейский полк дислоцировался на Карельском перешейке, Елена вышла замуж за однополчанина – киевлянина Юрия Горбатого. Он и боевой побратим супружеской пары Иван Салтовец установили памятник Елене Варшавской в городе Ныме, что под Таллинном. На могильной плите были выбиты поэтические строки Ивана Салтовца: В труде, в бою мы по дорогам трудным Суровой жизни шли всегда втроем. И вот теперь, сим памятником скромным Последний долг тебе мы отдаем. Эти строки приведены в мемуарах Ивана Салтовца «Выходила на врага «Катюша», которые были изданы в Одессе в прошлом году. Юрия Горбатого, к сожалению, уже нет в живых. После войны, закончив Киевский институт пищевой промышленности, он работал в Академии Наук Украины. Его родители были педагогами, а отцу было присвоено почетное звание Заслуженного учителя Украины. На днях мы разыскали могилу Юрия Горбатого и его отца. Оба похоронены в Киеве на Байковом кладбище. Ныне Омбудсманом Украины доподлинно установлено, что родной брат Елены Ким (Клим) Варшавский погиб 15 февраля 1943 года освобождая Украину от фашистских захватчиков. Похоронен в братской могиле вместе со 144-мя воинами в Лутугинском районе на Луганщине. Теперь, благодаря нашим поискам, и его имя будет выбито на обелиске.
– А как же на самом деле воевала и при каких обстоятельствах погибла Елена Варшавская?
– Мы располагаем свидетельствами двух однополчан Елены Варшавской – Ивана Салтовца и Константина Сушана, которые в своих воспоминаниях отмечают, что в боях на Карельском перешейке Елена, будучи сама раненной, спасла жизнь девяти воинам. И за этот подвиг была награждена орденом Красной Звезды. Вот как в названной книге Ивана Салтовца, подаренной мне автором, описаны подвиги Елены Варшавской. В боях за Орел, Карачев, Брянск, в районе Невеля и Пустошки за три месяца медсестра Елена Варшавская вынесла с поля боя 17 тяжело раненых, 15-ти гвардейцам оказала помощь на огневых позициях и была награждена медалью «За боевые заслуги». А вот как старший лейтенант в отставке В.Г.Порсов рассказывает о Елене Варшавской: «Я был ранен 24-мя осколками, истекал кровью. Лена, тоже раненная, тащила меня на себе более 300 метров до медсанбата, а во мне было 70 килограммов. Я бы не остался в живых, если бы не Лена. Она спасла мне жизнь. Я ее вечно помню. Детям и внукам накажу, чтобы всегда помнили Лену и таких, как она». На днях одессит Иван Салтовец, которого нам посчастливилось разыскать, рассказал мне, что в боях за освобождение Таллинна от фашистов 40-й минометный полк был атакован вражеской авиацией. Как всегда медсестра Елена Варшавская спасала раненых, а сама во время авианалета погибла. Уже после войны ее прах вместе с останками других героев-освободителей Таллинна от немецко-фашистских захватчиков был перезахоронен в центре эстонской столицы, на площади Тынисмяги. Именем Елены Варшавской были названы женская строительная бригада треста «Таллиннстрой» и пионерский отряд школы № 2 города Таллинна. Я держу руках копию последнего письма Елены отцу, переданную мне в Москве сыном ее однополчанина – Константина Сушана. Оно написано за шесть дней до гибели нашей отважной землячки. Вот отрывок из этой щемящей душу фронтовой весточки: «Началась страдная пора, мы сейчас далеко от прежнего расположения, гоним фашистов на эстонской территории. Нас здесь радушно принимают. Испытываешь приятное чувство гордости за свой народ, за свою армию». Обратите внимание на слова «нас здесь радушно принимают» – и этих людей теперь в Эстонии называют оккупантами! Вот оно, живое правдивое слово участников войны, даже погибших, которое сейчас кое-кто не хочет слышать. – Где сейчас останки Елены Варшавской, которые не были перезахоронены в Таллинне?– Как известно, перезахоронение останков восьми воинов состоялось в Таллинне 3 июля. А на следующий день в Иерусалиме был предан земле прах Елены Варшавской, по категорическому настоянию ее двоюродного брата Владимира Парнеса. Он имеет двойное российско-израильское гражданство, последние 8 лет жил в Израиле. В то время как жена господина Парнеса и его сыновья, проживающие в Москве, считают, что останки Елены Варшавской должны были по праву перезахоронить на ее родине, в Полтаве. Но увы – господин Парнес настоял на своем, хотя нам известно, что это решение им принималось не самостоятельно. Как стало известно моему представителю, который специально вылетал в Таллинн на переговоры с господином Парнесом, его постоянно сопровождал Андрей Глоцер, помощник главного раввина России Берл Лазара. Господин Парнес дал понять, что в определенном смысле связывает вопрос перезахоронения останков своей двоюродной сестры с решением своей жилищной проблемы, ибо собственного жилья в Израиле у него нет. Во время перезахоронения останков Елены религиозный обряд провел главный раввин Лазар.
– А Вы общались с раввином Лазаром?
– Когда останки Елены Варшавской еще находились в Таллинне, я провела переговоры по телефону с раввином Лазаром. Изложила ему аргументы о целесообразности перезахоронения Елены Варшавской на ее родине, в Полтаве. Он пообещал переговорить по этому поводу со своим помощником, который сопровождал в это время господина Парнеса в Эстонии. К сожалению, в Таллинне ни Посольство Украины в Эстонии, ни мой представитель, который проводил переговоры с господином Парнесом, не были приглашены на церемонию передачи останков Елены Варшавской. А господином Глоцером было заявлено, что церемония будет носить чисто религиозный характер и присутствие представителей Украины на ней невозможно. Сам господин Парнес пытался аргументировать свою позицию тем, что могилу его двоюродной сестры в Украине, как и в России, могут осквернить антисемиты. Но известно, что обстановке на Ближнем Востоке сейчас взрывоопасна во всех отношениях.
– Как Вы думаете, Нина Ивановна, почему все так случилось с прахом Варшавской?
– Как мне стало известно, Посол Израиля в Украине госпожа Зина Калай-Клайтман заявила в беседе с президентом Еврейского совета Украины, президентом национальных обществ Украины Ильей Левитасом, что израильское государство к перезахоронению отношения не имеет и что это личное дело родственников. А председатель израильской комиссии по международным связям Яков Маниович отметил в письме к Берлу Лазару: «Ваше намерение о якобы необходимости «разделения покойников», подлежащих захоронению по национальному признаку, - серьезная ошибка, подрывающая большую работу, проделанную ветеранскими организациями Украины и Израиля... Могила в городе Полтаве для перезахоронения воинов-полтавчан – еще одно весомое доказательство равного участия в битве с фашизмом сынов и дочерей украинского и еврейского народов. Признание Украиной этих фактов, по сути, великий дар Украины нашему народу. Ваши помощники, как видно, не осознали значимость (для Израиля, для евреев Украины и Израиля) срываемого ими мероприятия. Большего вреда нашему народу, нашему государству и придумать трудно...».
– Выходит, с нашей героической землячкой никто из украинцев так и не попрощался?
– В Москве, в аэропорту Домодедово, когда останки Елены Варшавской переправлялись из Таллинна в Израиль, мне, единственной из земляков Лены, удалось с ней попрощаться. Как это произошло? Это отдельная, почти детективная история. Могу сказать только одно: Господь был милостив – и прощание состоялось. А произошло это в грузовом терминале аэропорта, где ожидает своей отправки известный нам еще с афганской войны «груз 200». Там я и поклонилась от имени Украины праху нашей славной землячки.
– А будет ли каким-то образом увековечена память Елены Варшавской?
– Несомненно. По этому поводу я провела в Москве переговоры с первым заместителем Министра иностранных дел Российской Федерации Григорием Карасиным. В результате достигнута договоренность о реализации двустороннего украинско-российского проекта по созданию мемориальной доски в честь Елены Варшавской, которую планируется установить на здании знаменитой Гнесинки. Об этом я уже известила Министра иностранных дел Украины Арсения Яценюка, и он выразил готовность оказать финансовую поддержку всем мероприятиям и акциям, связанными с увековечением памяти Елены Варшавской и Степана Хапикало. С самого начала в вопросе перезахоронения Елены Варшавской и Степана Хапикало в Полтаве меня поддержал ее мэр Андрей Матковский. Думаю, что увековечение в Украине в одном мемориале памяти тех, кто более шестидесяти лет пролежал в одной братской могиле, было бы вполне уместно. Ведь установили же в Таллинне памятный знак капитану Сысоеву, даже не найдя его останков после эксгумации праха павших на площади Тынисмяги.
Доброе имя рода Хапикало
– А останки Степана Хапикало сейчас в Таллинне? – Да, его прах пока еще в эстонской столице. Если бы мы не успели до конца июня найти родственников Степана Хапикало и провести необходимые экспертизы, то его останки были бы повторно похоронены в братской могиле.
– Как же Вам удалось найти родственников Хапикало?
– С первых дней команда Омбудсмана вела поиск в Полтавской и Луганской областях. На Полтавщине Степан Хапикало родился, а с Луганщины – отправлялся на фронт. В поиске нам помогали ветеранские организации, школьники, учителя, представители местных органов власти и работники архивов, в первую очередь, Государственного архива Полтавской области, а также архива СБУ.
– А почему сами родственники не связались с Вами? Ведь Ваш поиск широко освещался газетами, интернет-изданиями и телевидением. – Командой Омбудсмана было установлено, что род Хапикало был в свое время репрессирован, а в 80-е годы – реабилитирован. Но до встречи с нами родственникам ничего не было известно о реабилитации, и они опасались все эти годы предать огласке историю своего рода. Мы нашли на Полтавщине даже хутор Хапикало. В результате производства Омбудсмана нам удалось вернуть доброе имя всему роду Хапикало.
– Если найдены родственники Степана Хапикало, то почему его прах до сих пор в Эстонии?– Вы знаете, что сейчас в Украине вводятся загранпаспорта нового образца, поэтому Владимиру Хапикало и Наталье Однойко, племянникам Степана Хапикало, выдать их не могут, потому что старые бланки уже изъяты, а новые еще не поступили. Так что пока не знаю, когда делегация Омбудсмана вместе с родственниками Степана Хапикало полетит в Таллинн.
– А где же будут перезахоронены останки Степана Хапикало ?
– Как я уже сказала, в Полтаве. Усилия Омбудсмана поддержал мэр города Матковский. Он и городской совет предлагают перезахоронить прах на Аллее Героев центрального кладбища Полтавы.
Проблемы с исторической памятью– К сожалению, скорбный пример Таллинна могут повторить в других городах...
– Недавно я общалась с главой Львовской облгосадминистрации Петром Олийныком. Заговорили о возможном переносе из Львова на Урал праха Героя Советского Союза, легендарного разведчика Николая Кузнецова. Руководитель Львовщины сказал мне, что это не позиция львовян, а отдельных крайних радикалов. Они же теперь предлагают демонтировать и памятник генералу Ватутину, установленному в Киеве в Мариинском парке. Все это связано с активными попытками некоторых политиканов пересмотреть итоги Второй мировой войны. И происходит такая ревизия истории не где-то в далеком Таллинне, а рядом с нами, на Украине. Общественность и власть должны сказать по этому поводу свое решающее слово. Если говорить о зарубежье, то это относится к сфере межгосударственных отношений, в которых Украина должна занять четкую, правовую и исторически оправданную позицию. Как Омбудсман Украины готовлю специальный доклад по проблеме одного из фундаментальных прав человека – права на достойное увековечение памяти погибших и умерших, в том числе вследствие военных действий. В докладе будет идти речь не только об отношении к воинским захоронениям. Ведь в конечном итоге наша историческая память – это отношение к самим себе.
– А какие государственные структуры в Украине занимаются проблемами, связанными с увековечением памяти погибших?
– Этими проблемами занимался Государственный комитет Украины по делам ветеранов, пока эту структуру Президент Украины в канун 60-летия Великой Победы своим указом не ликвидировал. Такое решение не нашло поддержки. В июле 2005 года я заявила о необходимости восстановления этого центрального органа исполнительной власти. В феврале нынешнего года постановлением Кабинета Министров Украины вновь учрежден Государственный комитет Украины по делам ветеранов, назначен его председатель, а вот вопрос финансирования до сих пор так и не решен. И в этом смысле абсолютно непоследовательной выглядит позиция правительства. А в России действует Военно-мемориальный центр Вооруженных сил, на который возложены все проблемы, связанные с погибшими в Великой Отечественной войне. В Украине раньше этой проблемой занимались военкоматы. Сейчас же все эти вопросы переложили на Мемориальный комплекс «Украинский национальный музей истории Великой Отечественной войны 1941-1945 годов». Именно там мы и нашли похоронку на Степана Хапикало, который в 1944 году умер от ран в госпитале города Таллинна.
– Не кажется ли Вам, что отношение к памяти погибших у нас меняется в худшую сторону?
– Я бы не стала утверждать так однозначно. Почти двухмесячный поиск родственников Хапикало показал обратное. Чтобы помочь команде Омбудсмана, в Ново-Тагамлыкской школе был создан специальный поисковый отряд: 86 ребятишек ходили по дворам, собирая бесценную информацию. Их не испугала даже сорокоградусная жара. Это благородное дело объединило всех – и детей, и учителей, и руководителей школы, и представителей местной власти. Имя Степана Хапикало занесено в две Книги Памяти – Полтавской и Луганской областей. Каждый год 9 Мая, во время митинга-реквиема в селе Новый Тагамлык среди погибших односельчан звучит после минуты молчания и имя Степана Хапикало. Там бережно относятся и к памятнику павшим воинам. Это и есть чувство Родины и сопричастности к ее истории. Такие добрые примеры и факты сегодня, к сожалению, менее известны, нежели призывы к сносу памятников, чему пресса уделяет слишком много внимания. История с переносом праха и увековечения памяти Елены Варшавской и Степана Хапикало еще раз подтверждает простую человеческую истину – павшие живы до тех пор, пока о них помнят на земле.
http://www.news2000.com.ua/print/nedelyaukrainy/1397242911.html | |